собор Реферат на тему Исаакиевский собор Северный фасад

Домашняя | Галерея | собор | 1920

собор Реферат на тему Исаакиевский собор Северный фасад

Координаты: 59°56?03.44? с. ш. 30°18?24? в. д.? / ?59.934289° с. ш. 30.306667° в. д. (G) (O)59.934289, 30.306667

Построен в 1818—1858 годы по проекту архитектора Огюста Монферрана; строительство курировал император Николай I.

Торжественное освящение 30 мая (11 июня) 1858 года нового кафедрального собора совершил митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский, Эстляндский и Финляндский Григорий (Постников).

Творение Монферрана — четвёртый по счёту храм в честь Исаакия Далматского, построенный в Санкт-Петербурге.

К 1706 году на Адмиралтейских верфях работало более 10 тысяч человек, но церквей, куда могли бы они ходить, не было. Чтобы решить эту проблему, Пётр I отдал приказание найти подходящее помещение для будущей церкви. Было выбрано здание большого чертёжного амбара[1], расположенного с западной стороны Адмиралтейства на расстоянии 15—20 м от канала (проходящего вкруг Адмиралтейства) и в 40—50 м от берега Невы.

Строительство как первой, так и последующих Исаакиевских церквей велось за счёт казны. Первый храм был возведён на деньги, выделенные на строительство Адмиралтейства под руководством графа Ф. М. Апраксина, для возведения шпиля церкви был приглашён голландский архитектор Х. ван Болес[2]. Первый деревянный храм, названный Исаакиевской церковью, был освящён в 1707 году. Её простота типична для первых построек Петербурга петровского периода. Это был сруб из круглых брёвен длиной до 18 м, шириной 9 м и высотой до крыши 4—4,5 м. Внешние стены были обиты горизонтальными досками шириной до 20 см. Чтобы обеспечить хороший сход снега и дождя, крыша имела угол наклона не менее 45 градусов. Её также сделали деревянной и покрыли водонепроницаемым воско-битумным составом чёрно-коричневого цвета, которым тогда смолили днища кораблей.

На башенке, оставшейся от амбара и где раньше вывешивался флаг или флюгер, подвесили небольшие колокола, а на самом шпиле установили крест. В восточной части конька крыши бригада олонецких плотников в традиции северной русской архитектуры возвела небольшой деревянный купол. Печная труба возвышалась на расстоянии 0,5—0,7 м над коньком крыши.

В 1709 году Пётр I распорядился о проведении реставрационных работ в церкви. Это решение было обусловлено желанием улучшить вид самой церкви, а также решить ряд проблем, возникших по ходу эксплуатации (отмечалось, что в церкви постоянно сыро и холодно, что приводило к разрушению деревянных конструкций).

Эта скромная церковь играла роль одной из главных в городе. Здесь 19 февраля (1 марта) 1712 года венчались Пётр I и Екатерина Алексеевна. В походном журнале есть запись за этот день:

В наступившем году, уже не представлявшем ожидания невзгод, Пётр I обвенчался с Екатериной Алексеевной 19-го, во вторник, на всеядной неделе. Венчание его величества совершено утром в Исаакиевском соборе. В 10 часов утра высокобрачные при залпах с бастионов Петропавловской и Адмиралтейской крепости вступили всвой зимний дом[3].

С 1723 года, по императорскому указу, только в Исаакиевском храме могли приносить присягу моряки Балтийского флота и служащие Адмиралтейства.

Вторая Исаакиевская церковь, в камне, была заложена в 1717 году, т. к. первая к тому времени уже обветшала. 6 (17) августа 1717 года Пётр I собственноручно заложил первый камень в основание новой церкви во имя Исаакия Далматского. Вторая Исаакиевская церковь строилась в стиле «петровского барокко» по проекту видного зодчего петровской эпохи Г. И. Маттарнови, находившегося на службе в Петербурге с 1714 года. После его кончины в 1721 году строительство возглавил Н. Ф. Гербель. Но через три года он тоже умирает, и фактически завершает строительство каменных дел мастер Яков Неупокоев[4].

Церковь, построенная в 1727 году в плане имела форму равноконечного греческого креста длиной 28 сажень (60.5 м). Ширина от южных дверей до северных составляла 15 сажень (32.4 м), в других местах — 9.5 сажень (20.5 м). Купол церкви опирался на четыре столба и был покрыт снаружи простым железом. Колокольня имела в высоту 12 сажень и 2 аршина (27.4 м), шпиль — 6 сажень (13 м). Купол и шпиль колокольни были увенчаны медными вызолоченными крестами высотой в 7 футов 8 дюймов и шириной 5 футов. Своды церкви были деревянные. Фасады между окон были украшены пилястрами[5].

По облику она напоминала Петропавловский собор. Это сходство ещё более усиливалось благодаря стройной колокольне с часами-курантами, привезёнными Петром I из Амстердама вместе с часами для Петропавловского собора. И. П. Зарудным для церкви был сделан резной золочёный иконостас, подобный иконостасу в Петропавловском соборе[6].

Церковь была построена на берегу Невы, там, где сейчас стоит Медный всадник. Место было выбрано явно неудачно, вода, размывая берег воздействовала на фундамент, разрушая кладку. К тому же в мае 1735 года удар молнии вызвал пожар в церкви и она серьёзно пострадала[7]. Так, например, описывает положение дел в церкви кабинет-министр граф А. И. Остерман, просящий 28 мая (8 июня) 1735 года позволение у синода устроить у него в доме церковь для своей больной жены и определить туда священника:

Церковь Исаакия Далмацкого, у которого дом мой в приходе обретается, в недавнем времени погорела и службы в ней не токмо литургии, но и вечерень, и утрень, и часов, ныне нет[8].

Уже в июне того же года была составлена смета на исправление церкви. На эти цели было выделено две тысячи рублей, а руководить работами был назначен майор Любим Пустошкин. В соответствующем указе было говорилось:

Церковь Исаакия Далмацкого, как скоро возможно начать ныне, хотя только над алтарём в скорости покрыть досками, а потом и над всею тою церковию подрядить делать стропила и крыши, дабы нынче в ней могла быть служба[8][9].

В результате ремонта отстроили заново стены и галереи, вместо железа купол был покрыт медью, а своды заменены каменными. В церкви вновь стали проходить богослужения. Но при призводстве работ стало ясно, что из-за осадки грунта храму требуется бо?льшие исправления или даже совершенная перестройка[8].

Для обследования состояния церкви Сенат направил архитектора С. И. Чевакинского, который констатировал невозможность сохранения здания. Церковь решили разобрать и построить новую дальше от берега[10].

Проект А. Ринальди третьего Исаакиевского собора. Литография с рисунка О. Монферрана.

Указом Сената 15 июля 1761 года руководителем строительства нового Исаакиевского собора был назначен С. И. Чевакинский. Но начало работ затянулось. В 1762 году вступает на престол Екатерина II. Она одобрила идею воссоздать Исаакиевский собор, связанный с именем Петра I. Вскоре С. И. Чевакинский подаёт в отставку и строительство поручается архитектору А. Ринальди. В 1766 году был издан указ о начале работ на новой строительной площадке, намеченной С. И. Чевакинским. Торжественная закладка здания состоялась 8 августа 1768 года, и в память об этом событии была выбита медаль[10].

По проекту А. Ринальди собор должен был иметь пять сложных по рисунку куполов и высокую стройную колокольню. Стены по всей поверхности облицовывались мрамором. Макет и чертежи проекта хранятся в музее Академии Художеств. Обстоятельства сложились так, что Ринальди не смог завершить начатую работу. Здание было доведено лишь до карниза, когда после смерти Екатерины II строительство прекратилось, и Ринальди уехал за границу[11][12].

Вступивший на престол Павел I поручил архитектору В. Бренна срочно завершить работу. Выполняя желание царя, архитектор был вынужден исказить проект Ринальди — уменьшить размеры верхней части здания и главного купола и отказаться от возведения четырёх малых куполов. Мрамор для облицовки верхней части собора был передан на строительство резиденции Павла I — Михайловского замка. Собор получился приземистым, а в художественном отношении даже нелепым — на роскошном мраморном основании высились безобразные кирпичные стены[13].

Это сооружение вызывало насмешки и горькую иронию современников. К примеру, приехавший в Россию после длительного пребывания в Англии флотский офицер Акимов написал эпиграмму:

При попытке прикрепить листок с этим четверостишем к фасаду собора Акимов был арестован. Он дорого поплатился за своё остроумие: ему отрезали язык и сослали в Сибирь[14][15].

Позднее, при императоре Александре I, когда при исполнении окончательного монферрановского варианта собора стали разбирать кирпичную кладку, фольклор откликнулся на это новой эпиграммой.

Несоответствие Исаакиевского собора парадному облику центральной части Петербурга вызвало необходимость уже в 1809 году объявить конкурс на возведение нового храма. Условием было сохранение трёх освящённых алтарей существующего собора. Программу конкурса, утверждённую Александром I, составил президент Академии художеств А. С. Строганов. В ней говорилось:

Изыскать средство к украшению храма… не закрывая… богатой мраморной его одежды… приискать форму купола, могущую придать величие и красоту столь знаменитому зданию… придумать способ к украшению площади, к сему храму принадлежащей, приведя окружность оной в надлежащую правильность[16].

В конкурсе приняли участие архитекторы А. Д. Захаров, А. Н. Воронихин, В. П. Стасов, Д. Кваренги, Ч. Камерон и другие. Но все проекты были отвергнуты Александром I, так как авторы предлагали не перестройку собора, а строительство нового. В 1813 году на тех же условиях опять был объявлен конкурс, и вновь ни один из проектов не удовлетворил императора. Тогда в 1816 году Александр I поручает инженеру А. Бетанкуру, председателю только что образованного «Комитета по делам строений и гидравлических работ», заняться подготовкой проекта перестройки Исаакиевского собора. Бетанкур предложил поручить проект молодому архитектору О. Монферрану, недавно до этого приехавшему из Франции в Россию. Чтобы показать своё мастерство, Монферран сделал 24 рисунка зданий различных архитектурных стилей, которые Бетанкур и представил Александру I. Императору рисунки понравились, и вскоре был подписан указ о назначении Монферрана «императорским архитектором». Одновременно ему поручалась подготовка проекта перестройки Исаакиевского собора с условием сохранить алтарную часть существующего собора[17][18].

В 1818 году Монферран, следуя указанию Александра I, составил проект, который предусматривал сохранение алтарной части и подкупольных пилонов. Разборке подлежали колокольня, алтарные выступы и западная стена ринальдиевского собора, а южная и северная стены сохранялись. Собор увеличивался в длину, а его ширина оставалась прежней и здание в плане приобрело прямоугольную форму. Высота сводов тоже не изменялась. С северной и южной сторон предполагалось возвести колонные портики. Собор должны были венчать один большой купол и четыре малых по углам.

Внутри Монферран предполагал сделать облицовку стен мрамором, а своды купола украсить росписью, скульптурой и позолотой. 20 февраля 1818 года проект был утверждён Александром I. Руководство над строительством возлагалась на специальную комиссию. Её председателем был член Государственного совета граф Н. Н. Головин, членами — министр внутренних дел О. П. Козодавлев, министр духовных дел и народного просвещения князь А. Н. Голицын, инженер А. Бетанкур. В комиссии также работали архитекторы А. П. Брюллов, Р. Вейгельт, В. А. Глинка, Н. Е. Ефимов, Д. В. Шебуев, А. И. Штакеншнейдер, К. А. Молдавский и многие другие. После этого старый собор обнесли забором и принялись за его разборку.

26 июня 1819 года состоялась торжественная закладка нового собора. Прямо на сваи был положен первый гранитный камень с прикреплённой к нему бронзовой позолоченой доской с датой закладки собора.

В 1820 году Монферран выпустил великолепный альбом с гравюрами, изображающими планы и фасады будущего собора.

С резкой критикой проекта вступил архитектор А. Модюи, бывший одним из членов «Комитета по делам строений и гидравлических работ». В октябре 1820 года он в Академию Художеств представил записку с замечаниями к проекту Монферрана. Суть замечаний Модюи сводилась к трём основным пунктам: сомнения в прочности фундамента, опасность неравномерной осадки здания и неправильное проектирование купола, размер которого превышал допустимые пределы и мог обвалиться при опоре на разные по времени постройки пилоны. Строительство собора было приостановлено и создан специальный комитет по рассмотрению замечаний Модюи[19]. В объяснениях комитету Монферран подчёркивал свою зависимость от условий императора: «Поскольку из нескольких проектов, которыя я имел честь представить, предпочтение было отдано тому, который уже осуществляется, то… следует обсуждать этот вопрос не со мной; мне надлежит скрупулёзно сохранить то, что приказано сохранить…». А в письме Ш. Персье Монферран уже откровенно признаётся: «Легко видеть, что, подчиняясь приказу императора, я не мог удовлетворительно решить купол». Таким образом проект 1818 года был признан неудачным не только членами комитета, но и самим автором. Комитет установил «невозможным произвести перестройку Исаакиевского собора по известным до сего времени проектам архитектора Монферрана».

Узнав о выводах, Александр I приказал комитету заняться исправлением проекта, соблюдая при этом условие «сохранения, если так можно, существующих стен, а более того старых и новых фундаментов». Также предписывалось сохранить основные черты проекта Монферрана — пять глав и колокольные портики. Решение внутреннего пространства собора, главного купола, освещённости здания предоставлялось на усмотрение комитета. Монферрану разрешалось участвовать в работе на общих основаниях. В этом новом конкурсе помимо самого Монферрана участвовали архитекторы В. П. Стасов, А. И. Мельников, А. А. Михайлов-старший и другие.

Монферран учёл советы и замечания крупнейших русских архитекторов, инженеров, скульпторов и художников. По его новому проекту собор оформлялся четырьмя колонными портиками (в проекте 1818 года их было лишь два — южный и северный). Центральная часть собора подчёркивалась подкупольным квадратом, образованным четырьмя новыми опорными пилонами, поставленными шире остальных. Благодаря этому главный купол чётко вписывался в квадрат пилонов и исключалось его провисание. По углам основного объёма устанавливались четыре колокольни, как бы врезанные в стены. Теперь они располагались ближе к центральному куполу, чем в предыдущем проекте. Этим ещё более усиливалось квадратное построение собора[20].

3 апреля 1825 года был утверждён новый проект Монферрана[21]. Именно в таком виде и был построен современный Исаакиевский собор.

Бюст Огюста Монферрана в Исаакиевском соборе, созданный из камней, использовавшихся при строительстве собора

Под фундамент Исаакиевского собора вырывались глубокие траншеи, из которых выкачивалась вода. Затем в грунт вертикально вбивали просмоленные сосновые сваи диаметром 26—28 сантиметров и длиной 6.5 метра. Расстояние между сваями в точности соответствовало их диаметру. Сваи забивались в землю тяжёлыми чугунными бабами с помощью во?ротов, приводимыми в движение лошадьми. По каждой свае делали десять ударов. Если после этого свая не входила в землю, то её с разрешения смотрителя обрезали. После этого все траншеи были соединенны между собой и залиты водой. Когда вода замёрзла, сваи были спилены под один уровень, рассчитанный от поверхности льда[22]. Всего под фундамент было забито 10 762 сваи.

При устройстве фундамента Исаакиевского собора Монферран применил сплошную кладку, так как считал, что

В общей сложности сооружение фундамента заняло около пяти лет. В этой работе было задействовано 125 тысяч каменщиков, плотников, кузнецов и рабочих других профессий.

Работами на каменоломне руководил подрядчик С. К. Суханов, который также участвовал в работах по созданию Ростральных колонн и Казанского собора. В Пютерлаксе он применил следующий метод выломки монолитов. На отвесной гранитной скале отмечали контур заготовки, затем по этой линии сверлили отверстия, в которые затем вставляли железные клинья. Сильные рабочие по условному знаку одновременно били по клиньям тяжёлыми кувалдами. Операция повторялась несколько раз до тех пор, пока не появится трещина. В неё закладывали железные рычаги с кольцами, в которых были закреплены канаты. За каждый канат брались по сорок человек и, оттягивая их в стороны, отодвигали заготовку. В образовавшийся промежуток закладывались берёзовые распорки, удерживавшие монолиты в таком состоянии. Далее рабочие пробивали отверстия в заготовке и запускали в них крючья с канатами прикреплёнными к стоящим рядом во?ротам, с помощью которых монолит окончательно отделялся от скалы и скатывался на заранее приготовленный деревянный помост.

Для подъёма колонн были построены специальные леса, состоящие из трёх высоких пролётов, образованных четырьмя рядами вертикальных стоек, перекрытых балками. В стороне были установлены 16 чугунных во?ротов-кабестанов, на каждом из которых работало по восемь человек. Колонну обшивали войлоком и циновками, обвязывали корабельными канатами и вкатывали в один из пролётов лесов, а концы канатов через систему блоков закрепляли на кабестанах. Рабочие, вращая во?роты, приводили монолит в вертикальное положение. Установка одной 17-метровой колонны весом 114 тонн занимала около 45 минут. Монферран в своих записях отмечал,

Первая колонна была установлена 20 марта 1828 года в присутствии царской семьи, иностранных гостей, многих архитекторов, специально приехавших для этого торжества, и простых горожан, заполнивших собой площадь и крыши окрестных домов. Под основание колонны была заложена платиновая медаль с изображением Александра I.

Сооружение портиков завершилось к осени 1830 года, когда жители Петербурга уже могли видеть четыре 12-тиколонных портика и алтарную часть старой ринальдиевской церкви.

Конструктивно купол состоит из трёх взаимосвязанных частей, образованных чугунными рёбрами: нижней сферической, средней — конической и наружной — параболической. Диаметр наружного свода составляет 25.8 м, нижнего — 22.15 м. Для создания теплоизолирующего слоя пространство между фермами было заложено пустотелыми гончарными горшками конической формы. Для этого потребовалось около 100 тысяч таких горшков. Помимо теплоизоляции, горшки улучшают акустику храма.

Нижний сферический купол был обшит досками, обит просмолённым войлоком и оштукатурен. Внутренний конический купол покрыт медными листами, окрашенными в голубоватый тон, с большими бронзовыми лучами и звёздами, создавшими эффектную картину ночного неба. Снаружи купол покрыт плотно пригнанными друг к другу медными позолочёнными листами.

Торжественное освящение собора состоялось в 1858 году, 30 мая, в день памяти преподобного Исаакия Далматского, в присутствии императора Александра II и иных членов императорской семьи. Были выстроены войска, которых император приветствовал перед началом чина освящения; на Петровской и Исаакиевской площадях были устроены трибуны для народа; соседние улицы и крыши ближайших домов были переполнены людьми[25].

Исаакиевский собор — выдающийся образец позднего классицизма, в котором уже проявляются новые направления (неоренессанс, византийский стиль, эклектика), а также уникальное архитектурное сооружение и высотная доминанта центральной части города.

Высота собора 101,5 м, длина и ширина — около 100 метров. Наружный диаметр купола — 25,8 м. Здание украшает 112 монолитных гранитных колонн разных размеров. Стены облицованы светло-серым русскеальским мрамором. При установке колонн были использованы деревянные конструкции инженера А. Бетанкура. На фризе одного из портиков можно разглядеть скульптурное изображение самого архитектора (Монферран умер практически сразу после освящения собора, но в желании архитектора быть погребённым в собственном творении было отказано).

Фраза, помещённая над северным портиком, — «Господи, силою твоею возвеселится царь»,— может считаться выражением идеи всего сооружения.

Рельеф фронтона северного портика — это «Воскресение Христа» (1839—1843, скульптор Ф. Лемер). В центре композиции — поднявшийся из гроба Христос, справа и слева от него — ангелы, а за ними перепуганные стражники и потрясённые женщины. Идея о воскресении Христа, который по приговору суда был распят на кресте и на третий день воскрес из мёртвых, лежит в основе всей христианской религии. В честь Иисуса Христа, победившего смерть и даровавшего людям надежду на спасение и бессмертие, празднуется самый торжественный и радостный праздник христианской церкви — Пасха. Именно в честь этого праздника зажигаются высокие светильники в углах собора, над аттиком, и руки коленопреклонённых ангелов (скульптор И. П. Витали) благоговейно поддерживают их.

Статуи, расположенные на углах и вершинах фронтонов, представляют 12 святых апостолов (скульптор Витали) — ближайших учеников Иисуса Христа, — причём вершины увенчаны статуями евангелистов, то есть авторов Евангелий — первых 4 книг Нового завета, повествующих об учении и жизни Иисуса.

Апостол Пётр (слева) изображён с ключами от врат царства небесного. По роду своих занятий он был рыбак, и жизнь его с самого начала и до конца была преисполнена всяких чудесных событий, о которых упоминается в евангельских сказаниях. Это, прежде всего, чудесный лов рыбы: рыба шла в таком количестве, что даже «сеть прорывалась», и «ужас объял его и всех, бывших с ним, от этого лова рыб»; это буря на Галилейском озере, когда господь шёл по волнам к своим утопавшим ученикам и дозволил Петру также пройтись по волнам. Ревностный проповедник слова христианства, он мог исцелять расслабленных и воскрешать из мёртвых, и веру свою в Христа доказал мученическою смертью: по преданию, при императоре Нероне, его распяли вниз головой.

Апостол Павел (справа) изображён с мечом, символом его ревностного служения Иисусу Христу. Вначале он был ярким гонителем христиан, везде их выискивал и истязал, но в один прекрасный день луч с неба поразил его — он ослеп. Он услышал голос Иисуса Христа, проникся его учением и с этого времени совершенно переменился. Зрение вернулось к нему; он стал одним из самых ревностных проповедников христианской веры, совершил немало чудес, претерпел немало страданий и подтвердил свою веру мученической кончиной: в Риме, при императоре Нероне, ему отрубили голову.

Евангелист Иоанн (в центре) изображён с орлом, от всевидящего ока которого не могут укрыться никакие прегрешения. Он прожил дольше других апостолов, и, по преданию, ученики (следуя его желанию) погребли его живым. Когда же вскоре после погребения могилу его вскрыли, апостола там не оказалось: подобно Иисусу Христу, он воскрес из мёртвых.

Скульптуры в нишах — «Несение креста» (левая ниша) и «Положение в гроб» (правая ниша) — выполнены скульптором П. К. Клодтом.

Двери: (скульптор Витали) «Вход в Иерусалим», «Се человек», «Бичевание Христа», Св. Николай Чудотворец, Преподобный Исаакий Далматский, Коленопреклонённые ангелы.

Сюжетом барельефа западного фасада стала «Встреча Исаакия Далматского с императором Феодосием» (1842—1845, скульптор И. П. Витали). Союз царской и духовной власти (неслучайно портик обращён в сторону Сената и Синода) — таков идейный замысел барельефа. Римский император Феодосий, опытный полководец, правивший в VI веке нашей эры, был приверженцем и охранителем христианской религии в борьбе с еретиками и язычниками. В центре барельефа — Исаакий Далматский жестом правой руки словно благословляет Феодосия (с лицом императора Александра I), держа в левой руке крест. В правой части — коленопреклонённые войны. Слева, рядом с Феодосием, его жена Флаксилла (с лицом Елизаветы Алексеевны, жены Александра I), а за ней две фигуры. В первой из них можно уловить портретные черты президента академии художеств — А. Н. Оленина, во второй — министра двора и председателя комиссии по строительству собора князя П. М. Волконского (придворные Александра I и Николая I). Наконец, в левом углу барельефа небольшая полуобнажённая фигура с моделью собора в руках — портрет автора проекта Исаакиевского собора О. Монферрана[26], по замыслу которого и создавалась вся скульптура здания.

Фома (скульптор Витали) — этот апостол изображён с угольником в левой руке (как архитектор), с протянутой вперёд правой рукой, с удивлённым выражением на лице. Он был склонен к маловерию и в воскресение Христа поверил только тогда, когда дотронулся до него.

Варфоломей (скульптор Витали) — изображён с крестом и скребком. Он проповедовал учение в Аравии, Эфиопии, Индии, Армении, где и принял мученическую смерть: с него скребком содрали кожу, а затем повесили вниз головой.

Марк (скульптор Витали) — евангелист изображён со львом, символизирующим мудрость и отвагу. Проповедуя учение Христа, он принял мученическую смерть в Александрии.

Дверь: скульптор Витали: «Нагорная проповедь», «Воскрешение Лазаря», «Исцеление расслабленного», Апостол Пётр, Апостол Павел, Коленопреклонённые ангелы.

На южном фронтоне портика при входе в музей помещён барельеф на тему священного писания — «Поклонение волхвов»(1839—1844, скульптор Витали). Фигуры барельефов (самая большая 6 метров) хорошо видны снизу. В центре на троне — Мария с младенцем в окружении пришедших на поклонение волхвов. Среди них выделяются фигуры царей — месопотамского и эфиопского. Справа, около Марии, чуть склонив голову, стоит Иосиф. В левой части барельефа старик, нежно обняв ребёнка, весь подался вперёд, в сторону центральной фигуры. В руках ребёнка небольшой ларец с подношениями. Позади старика полулежащий человек смиренно сложил протянутые вперёд руки. Сохранились упоминания о том, что эти фигуры делались с натурщиков.

Андрей (скульптор Витали) — проповедовал во многих странах, даже в Русской земле. Его распяли на кресте особой формы, наподобие буквы Х, который с тех пор стали называть Андреевским. В России он считается покровителем флота; при Петре I был учреждён Андреевский флаг, а также Орден Святого апостола Андрея Первозванного.

Филипп (скульптор Витали) — скромный и незаметный, он ничем особенным среди учеников Христа не выделялся. Предание говорит, что он проповедовал Евангелие в Скифии и Фригии и принял смерть, распятый на кресте.

Матфей (скульптор Витали) — евангелист изображён в момент работы, с ангелом за спиной, символом чистоты деяний и помыслов; он принял мученическую смерть за Христа: его побили камнями, а затем обезглавили.

Двери: скульптор Витали: «Сретение», «Бегство в Египет», «Христос объясняет св. писание в храме», Александр Невский, Архангел Михаил, Коленопреклонённые ангелы.

На барельефе восточного портика, обращённого в сторону Невского проспекта: «Исаакий Далматский останавливает императора Валента» (1841—1845, скульптор Лемер). В центре барельефа — Исаакий Далматский преграждает путь императору Валенту, предсказывая ему скорую гибель, опытный воин, царствовавший до Феодосия, был покровителем ариан, учение которых представляло собой попытку пересмотра христианского учения. Исаакий Далматский, последователь христиан, был посажен в темницу (на барельефе изображён момент, когда воины цепями сковывают ему руки), и освободил его лишь Феодосий, последователь христианского учения. На фронтоне надпись: «На Тя Господи уповахом, да не посрамимся во веки».

Иаков (скульптор Витали) — брат евангелиста Иоанна, он имел характер деятельный, был решителен и непоколебим в вере, за что и пострадал быстрее прочих. Первый мученик среди апостолов, Иаков был обезглавлен в Иерусалиме.

Симон (скульптор Витали) — брат апостола Андрея, изображён с пилой. Этот апостол просветил учением Христовым Африку, по другому преданию — Британские острова, Вавилонию, Персию, и был распят на кресте. Пила — символ мучений, которые довелось испытать всем апостолам.

Лука (скульптор Витали)- евангелист изображён с тельцом, символизирующим святость завета. Он проповедовал в Ливии, Египте, Македонии, Италии и Греции и по одной версии мирно скончался в 80-летнем возрасте; по другой — принял мученическую смерть и за неимением креста был повешен на оливковом дереве.

В соборе три алтаря, главный посвящён Исаакию Далматскому, левый — Великомученице Екатерине, правый — благоверному Александру Невскому. Интерьеры отделаны мрамором, малахитом, лазуритом, золочёной бронзой и мозаикой. Работы над интерьером начались с 1841, в них приняли участие знаменитые русские художники (Ф. А. Бруни, К. П. Брюллов, И. Д.Бурухин, В. К. Шебуев, Ф. Н. Рисс) и скульпторы (И. П. Витали, П. К. Клодт).

Интересно присутствие в интерьере этого православного храма витража — изначально элемента убранства католических церквей. Изображение Воскресшего Спасителя в окне главного алтаря было одобрено Священным Синодом и лично императором Николаем I. Созданием эскиза витража для Исаакиевского собора занимался немецкий художник Генрих Мария фон Хесс, изготовлением в стекле руководил М. Э. Айнмиллер — глава «Заведения живописи на стекле» при Королевской фарфоровой мануфактуре в Мюнхене. К 1843 году витраж был установлен в окне собора в Петербурге. Он является ключевым памятником в истории витражного искусства в России. Появление в кафедральном храме столицы стеклянной картины с изображением Иисуса Христа произошло в результате взаимодействия западной и восточной христианской традиций, своеобразного синтеза фигуративного католического витража и запрестольной православной иконы. Установка его в главном храме России утвердила витраж в системе оформления православных церквей страны. Витражи, изначально элемент убранства инославных церквей, получили «законные» права в православных храмах. А изображение Воскресшего Спасителя на алтарном окне Исаакиевского собора стало иконографическим образцом для многих витражей в храмах России, как в XIX веке, так и в наше время [27].

Внутри собор отделан мозаикой, при создании мозаичных панно было использовано более 12 тысяч оттенков смальты[28].

После революции храм был разорён. Из него было вынесено 45 кг золотых изделий, более 2 тонн серебряных украшений. В 1928 году службы прекращены. 12 апреля 1931 года в соборе был открыт один из первых в Советской России антирелигиозных музеев[29].

Во время Великой Отечественной войны сильно пострадал от бомбёжек и артобстрела, на стенах и колоннах местами сохранены следы от снарядов. В соборе во время блокады хранились экспонаты музеев из пригородов Ленинграда, а также Музея истории города и Летнего дворца Петра I[30].

С 1948 года функционирует как музей «Исаакиевский собор». В 1950—1960-е года проведены реставрационные работы. На куполе устроена смотровая площадка, откуда открывается великолепная панорама центральной части города. Внутри храма был установлен маятник Фуко (в настоящее время демонтирован), который благодаря огромной длине наглядно демонстрировал вращение Земли.

В 1990 году проведена первая церковная служба, в настоящее время они проходят регулярно по праздникам и воскресным дням.

С 3 июня 2008 года — Николай Буров (Бывший глава Комитета по культуре Петербурга),

По мнению профессора Санкт-Петербургского политехнического университета Валерия Голода, в 2000-х годах «с механической точки зрения состояние собора аварийное. Запас прочности иногда бывает от двукратного до шестикратного. Но какая часть из этого запаса исчерпана, а какая продолжает держать конструкцию? Закрывать глаза на это нельзя»[36].

Теги: собор, реферат, на, тему, исаакиевский, собор, северный, фасад